Рекомендуем 
КАК ИЗРАИЛЬ ПОСТАВИЛ ГАЗУ НА ГРАНЬ ГУМАНИТАРНОЙ КАТАСТРОФЫ

КАК ИЗРАИЛЬ ПОСТАВИЛ ГАЗУ НА ГРАНЬ ГУМАНИТАРНОЙ КАТАСТРОФЫ / Ави Шлаим


Ави Шлаим*, «Гардиан», 7 января 2009 г.

Профессор международных отношений Оксфордского университета Ави Шлаим служил в армии Израиля и никогда не сомневался в законности существования этого государства. Но бесчеловечное нападение на Газу привело его к уничтожающим выводам.

Единственный способ найти какой-то смысл в этой бессмысленной войне – попытаться понять ее в историческом контексте. Создание государства Израиль в мае 1948 года было сопряжено с огромной несправедливостью в отношении палестинцев. Официальный Лондон яростно сопротивлялся американским усилиям, направленным на поддержку новорожденной страны. 2 июня 1948 года сэр Джон Траутбек направил министру иностранных дел Эрнсту Бевину письмо, в котором говорил, что американцы несут ответственность за создание бандитского государства, «во главе которого стоит группа лидеров, не гнушающихся никакими средствами». Я думаю, что он выразился слишком резко, но омерзительное нападение на живущих в Газе и потворство администрации Буша этому нападению заставляют вернуться к этому вопросу.

Я пишу как человек, который в середине 1960-х годов добросовестно служил в израильской армии и никогда не сомневался в законности существования государства Израиль в границах до 1967 года. Но я самым решительным образом отвергаю колонизаторский проект сионистов, когда он выходит за пределы Зеленой черты. Израильская оккупация Западного берега и полосы Газа как последствие июньской войны 1967 года не имела ничего общего с обеспечением безопасности страны, а была откровенной территориальной экспансией. Цель состояла в создании Большого Израиля путем постоянного политического, экономического и военного контроля над палестинскими территориями, результатом чего явилась самая длительная и жестокая в новое время военная оккупация.

Четыре десятилетия израильского контроля причинили неисчислимый ущерб экономике полосы Газа. Масса беженцев 1948 года была загнана на крошечную полоску земли без инфраструктуры и природных ресурсов. Перспективы у Газы никогда не были радужными. Но это не просто пример слабого экономического развития, а случай преднамеренного и беспрецедентно жестокого ограничения возможностей развития. Говоря библейскими словами, Израиль определил жителей Газы, чтобы они рубили дрова и черпали воду, обратил их в источник дешевой рабочей силы и подневольный рынок для израильских товаров. Израиль активно препятствовал развитию местной промышленности, чтобы палестинцы не вышли из подчинения и не создали экономических предпосылок политической независимости.

Газа – классический пример колониальной эксплуатации в постколониальный период. Еврейские поселения на оккупированных территориях безнравственны, незаконны и являются непреодолимым препятствием на пути к миру: они одновременно инструмент эксплуатации и символ ненавистной оккупации. В Газе в 2005 году было лишь 8000 еврейских поселенцев и 1,4 миллиона местных жителей, но поселенцы контролировали 25% территории, 40% пахотной земли и львиную долю скудных водных ресурсов. А рядом с ними большая часть местного населения жила в невообразимой бедности и нищете. Доход 80% из них не достигал и двух долларов в день, а условия в этой полосе оскорбляют представления о достойном человеческом существовании, взывают к сопротивлению и служат рассадником политического экстремизма.

В августе 2005 года возглавляемое Шароном правительство Ликуда провело одностороннее размежевание, вывело из Газы все 8000 поселенцев, оставив позади разрушенные дома и фермы. ХАМАС, исламское движение сопротивления, вел эффективную кампанию по изгнанию израильтян из Газы. Внешнему миру Шарон представлял выход из Газы как вклад в мирный процесс, основанный на принципе двух государств для двух народов. Но в следующем году еще 12 000 израильтян поселились на Западном берегу, вновь урезав будущие границы независимого палестинского государства. Захват земель и продвижение к миру несовместимы. У Израиля был выбор, и он предпочел землю – миру.

Подлинная цель вывода поселенцев состояла в том, чтобы в одностороннем порядке перекроить границы Большого Израиля, включив в него основные блоки поселений на Западном берегу. Поэтому выход из Газы был прелюдией не к заключению мира с палестинской администрацией, а к дальнейшей сионистской экспансии на Западном берегу. Это был односторонний шаг, предпринятый, на мой взгляд, в ошибочно понимаемых национальных интересах Израиля. При укоренившемся отрицании существования палестинского народа, уход из Газы был в отдаленной перспективе направлен на отрицание его независимого политического существования на своей земле.

Израильские поселенцы были выведены, но израильская армия продолжала контролировать доступ в полосу с моря, суши и воздуха. Газа сразу стала тюрьмой под открытым небом, а израильские вооруженные силы получили полную свободу сбрасывать на нее бомбы, проноситься над ней с оглушительным громом, преодолевая звуковой барьер, и терроризировать ее злополучных пленников.

Израиль любит представлять себя островом демократии в море авторитаризма, но за всю свою историю не сделал ничего, чтобы содействовать развитию демократии среди арабов, и многое, чтобы подорвать ее. У Израиля долгая история сотрудничества с реакционными арабскими режимами в подавлении арабского национализма. И все же, несмотря на все препоны, палестинцам удалось построить единственную, за исключением, возможно, Ливана, подлинную демократию в арабском мире. В январе 2006 года состоялись свободные и справедливые выборы в Законодательный совет палестинской администрации, в результате которых власть перешла к возглавляемому ХАМАСом правительству. Израиль, однако, отказался признать это демократически избранное правительство, утверждая, что ХАМАС – просто террористическая организация.

Америка и ЕС бесстыдно поддержали Израиль в остркизме и демонизации правительства ХАМАСа и в попытках свалить его, задерживая причитавшиеся автономии налоги и зарубежную помощь. Возникла сюрреалистическая ситуация, когда значительная часть международного сообщества стала налагать экономические санкции не на оккупанта, а на оккупированного, не на угнетателя, а на угнетенного. И, как нередко уже бывало в трагической истории Палестины, на жертву возлагают вину на ее несчастья. Израильская пропагандистская машина настырно вдалбливает представление о том, что палестинцы – это террористы, что они отрицают сосуществование с еврейским государством, что их национализм – не более чем антисемитизм, что ХАМАС – лишь сборище религиозных фанатиков и что ислам несовместим с демократией. Но простая истина в том, что палестинцы – обычный народ с обычными устремлениями. Они не лучше и не хуже любой другой национальной группы, и стремятся они, прежде всего к миру на земле, которую смогут назвать своей, и на которой будут жить свободно и с достоинством.

Как и другие радикальные движения, ХАМАС, по мере продвижения к власти, стал менять свою политическую программу в сторону умеренности. От бескомпромиссно отрицательной позиции в своей Хартии он стал приближаться к прагматическому принятию идеи «двух государств для двух народов». В марте 2007 года ХАМАС и Фатх сформировали правительство национального единства, которое было готово к переговорам о длительном перемирии с Израилем. Израиль, однако, отказался вести переговоры с правительством, в которое входил ХАМАС, и продолжал старую игру в «разделяй и властвуй» с двумя враждующими фракциями палестинцев.

В конце 1980-х годов Израиль оказывал поддержку недавно возникшему ХАМАСу, чтобы ослабить Фатх – светское националистическое движение, возглавляемое Арафатом. Теперь Израиль стал склонять продажное и уступчивое руководство Фатха к тому, чтобы оно отвергло своих политических противников из религиозного лагеря и отобрало у них власть. Поучаствовали в зловещем заговоре по разжиганию палестинской гражданской войны и агрессивные американские неоконсерваторы. Их вмешательство и явилось основным фактором падения правительства национального единства, что побудило ХАМАС в июне 2007 года захватить власть в Газе, чтобы предотвратить затеянный Фатхом переворот.

Война, развязанная Израилем 27 декабря 2008 года, стала кульминацией ряда столкновений и противоборства с правительством ХАМАСа. В более широком смысле, однако, это была борьба между Израилем и палестинским народом, потому что именно народ привел ХАМАС к власти. Объявленная цель войны была ослабить ХАМАС, усиливая давление на него до тех пор, пока его лидеры не согласятся на новое перемирие на условиях Израиля. Необъявленная же цель состояла в том, чтобы мир стал смотреть на палестинцев лишь как на еще одну «гуманитарную проблему», отодвинув на второй план их борьбу за независимость и собственную государственность.

Выбор времени этой войны определялся политическими интересами. В преддверии общих израильских выборов, назначенных на 10 февраля, основные партии искали случая продемонстрировать свою твердость. Армейская верхушка грызла удила в нетерпении нанести сокрушительный удар по ХАМАСу, чтобы обелить свою репутацию после провала в войне с Хизбаллой в июле 2006 года. Циничные лидеры Израиля могли также рассчитывать на апатию и бессилие прозападных арабских режимов и на слепую поддержку со стороны Джорджа Буша на закате его президентства. Буш охотно согласился возложить всю вину за кризис на ХАМАС, наложил вето на внесенные в Совет Безопасности ООН предложения о немедленном прекращении огня и выдал Израилю карт-бланш на сухопутное вторжение в Газу.

Как всегда, обладающий огромной силой Израиль представил себя жертвой палестинской агрессии, но совершенно неоспоримое неравенство сил двух сторон не оставляет сомнений, кто на самом деле жертва. Это поистине была схватка Давида с Голиафом, только библейский образ оказался перевернутым – маленький и беззащитный палестинский Давид встретился лицом к лицу с прекрасно вооруженным, безжалостным и абсолютно превосходящим его противником. Применение грубой военной силы сопровождалось, как и всегда, воплями о несчастных израильских жертвах и смесью жалости к себе с самодовольством. На иврите для этого синдрома есть удачное выражение: «бохим ве йорим» («рыдаем, но стреляем»).

Конечно, и ХАМАС в этом конфликте не такая уж невинная овечка. Будучи лишен плода победы на выборах и столкнувшись с неразборчивым в средствах противником, он прибег к оружию слабых – террору. Боевики ХАМАСа и Исламского джихада обстреливали Кассамами пограничные с Газой поселения Израиля, пока при посредничестве Египта в июне прошлого года не было достигнуто соглашение о затишье. Ущерб, причиняемый этими примитивными ракетами был ничтожен, но психологический эффект огромен, побуждая общество требовать у правительства защиты. При таких обстоятельствах Израиль имел право принимать действия по самозащите, но его ответ на булавочные уколы ракет был совершенно несоразмерен. Цифры говорят сами за себя: за три года после выхода из Газы от ракетных выстрелов погибло 11 израильтян, но лишь за 2005-2007 годы израильская армия убила в Газе 1290 палестинцев, включая 222 несовершеннолетних.

Убийство гражданских лиц, независимо от их числа, недопустимо. Это требование распространяется на Израиль в той же степени, что и на ХАМАС, но действия Израиля в отношении жителей Газы – это сплошное необузданное и непрестанное зверство. Израиль после вступления затишья в силу не снял блокаду Газы хотя, как считают лидеры ХАМАСа, это было нарушением соглашения. Во время затишья Израиль препятствовал любому экспорту из полосы, что также являлось прямым нарушением договоренности 2005 года и привело к резкому сокращению возможностей для жителей Газы найти работу: официально безработными являются 49,1% населения Газы. В то же время Израиль резко ограничил число грузовиков, доставлявших продукты питания, горючее, баллоны бытового газа, запасные части к системам водоснабжения и канализации, лекарственные средства и медицинское оборудование. Трудно представить, как голод и холод, на которые были обречены жители Газы, могли обеспечить безопасность израильтян по другую сторону границы. Но даже в таком случае, это было безнравственной формой коллективного наказания, что строго запрещено международным гуманитарным правом.

Под стать бесчеловечности военных Израиля лживость его официальных представителей. За восемь месяцев до начала этой войны в Газе Израиль создал Национальную дирекцию по информации. СМИ получали от этой Дирекции в основном лишь сообщения о том, что ХАМАС нарушает условия соглашения о затишье; что цель Израиля состоит в защите своего населения; и что израильские вооруженные силы делают все возможное, чтобы не причинить ущерб гражданскому населению. Израильские пиарщики преуспели в этом занятии. Но все их пропагандистские уловки – лишь набор вранья.

Между реальностью и риторикой израильских представителей – огромная пропасть. Затишье было сорвано не ХАМАСом, а израильской армией, которая 4 ноября совершила рейд в Газу, убив там шестерых боевиков. Цель Израиля – не защитить свое население, а свергнуть правительство ХАМАСа в Газе, обратив против него жителей этой территории. Израилем движет отнюдь не забота о гражданских лицах, которых он сделал объектом беспорядочных бомбардировок и подверг продолжающейся уже три года блокаде, поставившей 1,5 миллиона человек на грань гуманитарной катастрофы. Библейское «око за око» вполне дикарское представление о справедливом возмездии, но безумное нападение на Газу – это уже «око за ресницу». После восьми дней бомбардировок, в ходе которых «счет» составил 400 погибших палестинцев против 4 израильтян, необузданный кабинет решил начать наземное вторжение с невообразимыми последствиями.

Эскалация, какой бы безудержной она ни была, не спасет Израиль от ракетных обстрелов военного крыла ХАМАСа. Несмотря на огромные и жертвы и разрушения, причиняемые Израилем, сопротивление продолжается, и ракеты летят. ХАМАС – это движение, в котором жертвенность и мученичество – путь к вершинам славы, и не может быть никакое военное решение конфликта между двумя общинами невозможно. Израильский принцип безопасности отрицает самую элементарную безопасность для другой стороны. Единственная возможность для Израиля обезопасить себя состоит не в ведении огня, а в переговорах с ХАМАСом, неоднократно изъявлявшим готовность вести переговоры о долгосрочном перемирии с еврейским государством в границах 1967 года на 20, 30 и даже на 50 лет. Израиль отвергал эти предложения по той же причине, по которой он отверг мирный план Лиги арабских государств 2002 года, все еще лежащий на столе: потому что выполнение его требует уступок и компромиссов.

Произведя этот краткий обзор действий Израиля за последние четыре десятилетия, трудно возразить против вывода, что он стал страной-изгоем, «во главе которой стоит группа лидеров, не гнушающихся никакими средствами». Страна-изгой – страна, для которой нарушение норм международного права стало нормой, которая обладает оружием массового уничтожения и осуществляет террор, используя насилие против гражданского населения в политических целях. Израиль соответствует всем трем критериям – колпак как раз по нему, и он должен его носить. Подлинная цель Израиля не в мирном сосуществовании со своим палестинским соседом, а в военном доминировании. Политики, как и все прочие, разумеется, вольны повторять ложь и ошибки прошлого. Но могут и не делать этого.

* Ави Шлаим (Avi Schlaim) профессор международных отношений Оксфордского университета и автор книг: The Iron Wall: Israel and the Arab World [Железная стена: Израиль и арабский мир] и Lion of Jordan: King Hussein's Life in War and Peace [Иорданский лев: Жизнь короля Хусейна в годы войны и мира].